Если не агрессия, то деструктивная пропаганда



«Перед 1938 г. стремившийся к экспансии на Восток германский империализм воздвиг в австрийской военной секретной службе своего «троянского коня». «Звездой» агентов был тогда венский обер-лейтенант австрийской армии Эрвин Эдлер фон Лахузен-Вивремонт, который после вступления вермахта в Австрию быстро сделал карьеру в управлении ОКВ «Заграница/абвер»» - пишет Ю. Мадер в своем исследовании "Империализм: шпионаж в Европе вчера и сегодня".

« ...несмотря на все увертки Лахузена, проявлялась его зловещая суть. Он был фаворитом нацистской иерархии. Как бывший кадровый офицер австрийской королевско-императорской армии, он в таком лоскутном многонациональном государстве, каким была австро-венгерская монархия до конца первой мировой войны, приобрел немалый опыт натравливания одной нации на другую. В течение столетий господствующая феодальная каста, к которой принадлежал и Лахузен, извлекала политический капитал из принципа «разделяй и властвуй».

Итак, именно Лахузен руководил отделом абвера, занимавшимся ведением "психологической войны", саботажем и диверсиями, а также созданием и использованием "пятых колонн" на территории противника. Мадер приводит выдержки из протоколов Международного военного трибунала в Нюрнберге, в которых зафиксированы показания Лахузена и других ближайших помощников Канариса о вербовке ими и использовании агентов из числа белогвардейских, контрреволюционных элементов. Например, Лахузен, говоря об украинских националистах, свидетельствует, что "идея была отнюдь не убивать украинцев, а, напротив, вместе с ними осуществлять задачу, имевшую чисто политический и террористический характер". Таким же образом использовались эмигранты и контрреволюционеры других национальностей. Многие из них желали отомстить советской власти за свое поражение в гражданской войне, за то, что им пришлось бежать и скрываться за границей до тех пор, пока не появился Гитлер.

Вот что пишут об этом авторы сборника статей "Война в тылу врага. Выпуск 1", вышедшего в 1974 г. в Москве:

"В чудовищных преступлениях фашистских оккупантов на советской земле активное участие принимали буржуазные националисты - украинские, белорусские, латышские, литовские, эстонские и другие. В Крыму в услужение к захватчикам попали татарские националисты. В Адыгею в обозе оккупантов вернулись бежавшие в 1920 году с остатками врангелевских банд главари адыгейской контрреволюции. Стали сотрудничать с фашистами и притаившиеся до времени чеченские, ингушские, карачаевские и калмыцкие националисты. Надеясь на скорое падение Советской власти в закавказских и среднеазиатских республиках, развернули антисоветскую работу среди военнопленных "своих" национальностей подвизавшиеся на службе в гитлеровской разведке грузинские, армянские, азербайджанские националисты, разного рода "защитники интересов народов Туркестана". Они вели оголтелую националистическую пропаганду, вербовали "братьев по крови" во вспомогательные части для оккупантов - так называемые "национальные легионы".

Особенно усилилась подрывная работа латышских, литовских и эстонских националистов против СССР непосредственно перед нападением гитлеровской Германии на Советский Союз. Заместитель начальника Второго отдела абвера Штольце в письменных показаниях на Нюрнбергском процессе признал: «Нами были подготовлены также специальные диверсионные группы для подрывной деятельности в прибалтийских советских республиках» ("Война в тылу врага" Политиздат, М., 1974. С. 432)

Авторы также сообщают, что «под непосредственным руководством абвера главари литовских буржуазных националистов, проживавшие в Берлине, в начале 1941 года создали военно-повстанческую организацию «Лиетувю активисту фронтас» («Фронт литовских активистов») во главе с бывшим военным атташе буржуазной Литвы в Германии агентом гестапо полковником Шкирпой. Целью этой организации являлось формирование на территории Литовской ССР диверсионно-террористических банд из остатков ликвидированных эксплуататорских классов, главарей и участников бывших буржуазных партий и организаций, части бывшего офицерства и чинов полиции, враждебно относившихся к Советской власти. Выступление банд приурочивалось к моменту нападения Германии на СССР. Для создания и руководства деятельностью этих банд гитлеровская разведка подготовила и переправила через советскую границу непосредственно на территорию Литвы 68 агентов, выделенных Шкирпой» (там же С. 432)

Кроме того, «активную подрывную деятельность в советских республиках Прибалтики вело реакционное католическое и лютеранское духовенство. Церковнослужители произносили антисоветские проповеди и пропагандировали националистические идеи… Многие из них были участниками различных диверсионно-террористических и повстанческих организаций, работавших под руководством эмиссаров гитлеровских разведслужб». В пример приводятся литовский епископ Бризгис, создавший антисоветскую повстанческую организацию, связанную с резидентом гитлеровской разведки пастором Лапе, и бывший руководитель молодежной организации «Атейтининкай» ксендз Сушинскас, бывший на тот момент «по совместительству» агентом абвера. Участники этих организаций доставляли из Германии в Литву антисоветскую литературу. На территории прибалтийских советских республик размещалось несколько разведывательных и диверсионных школ абвера и гестапо, например, в местечках Вецаки и Балдоне (Латвия), подчинявшиеся штабу "Абверштелле Остланд", в местечках Мыза-Кумна, Летсе и Кейла-Юа (Эстония), подчинявшихся штабу "Абвернебенштелле Ревал".

Как мы отметили выше, буржуазные националисты действовали не только в Прибалтике, но и на территории других советских республик. Их деятельность была направлена на идеологическое разложение советских граждан, распространение националистических идей и разжигание шкурного интереса и в целом была подчинена единым правилам и строилась по единому сценарию, написанному для них абвером:
- создание националистической партии
- создание "национального правительства"
- создание "национальной" армии


Все это в итоге должно было привести к межнациональным конфликтам, отречению от идеи братства, поскольку все эти структуры служили для агитации и пропаганды "нового порядка", с которым пришли гитлеровцы, и для подавления сопротивления населения оккупированных территорий, карательных операций и войны против партизан и всех, кто вел контрпропаганду, пробуждая народных Дух для борьбы с захватчиками, разоблачая лживость их посылов, вскрывая их истинные намерения.

Небольшие различия в сценариях, по которым оккупанты и их пособники - белоэмигранты и бандиты - действовали в разных республиках и областях, можно отметить в применяемых тактических приемах, что зависело от особенностей конкретной местности, положения на фронтах и внутренней «грызни» между лидерами тех банд, которые выступали в роли "национальных правительств" или "национальных армий". И все же каждая из этих группировок объявляла себя "ревнительницей национальных интересов", хотя предатели доподлинно знали, что их всего лишь использует в своих интересах более сильный хищник.

И русская эмиграция, возможно, как никто другой, знала (или догадывалась) о том, что настоящий зверь, реальный хищник, - это вовсе не Гитлер и не Германия, поскольку белоэмигранты продавались спецслужбам разных стран, знали об их целях и могли составить для себя более полную картину происходящего, того, что разворачивалось на их глазах и с их участием. Поэтому все, кто когда-либо пытался защитить и обелить этих преступников и предателей, поддерживая легенду о "третьей стороне" или "третьей силе", откровенно лгут.

Буржуазные националисты смирились с перспективой «заполучить «теплые местечки» в будущей колониальной империи». Тогда, направляемые абвером, они соединялись с местными своими единомышленниками и активно насаждали «новый порядок», используя для этого все возможные средства, в том числе и массовую пропаганду. Вообще «для достижения целей оккупационной политики» немцы создали большой и разветвленный агитационно-пропагандистский аппарат, в работе которого использовались все эти контрреволюционные элементы.

Вот что пишут по этому поводу авторы уже упомянутого сборника «Война в тылу врага», которые ссылаются на работу А. Ф. Юденкова «Политическая работа партии среди населения оккупированной советской территории (1941-1944 гг.): «По далеко не полным данным, оккупанты и их пособники издавали более 260 газет, множество листовок, плакатов, в крупных городах систематически вели радиовещание. Ложь, клевета, демагогия, посулы и угрозы — ничем не брезговали повара геббельсовской пропагандистской кухни, чтобы духовно растлить оставшихся во вражеском тылу советских людей, убедить их в бесполезности сопротивления, склонить к покорности» («Война в тылу врага», М., 1974 С. 234)

А вот что об этом говорит в своих воспоминаниях один из непосредственных участников той информационно-психологической войны, которая велась с населением оккупированных территорий СССР, Ростислав Полчанинов, потомок белоэмигрантов, приехавший во время Второй мировой войны в Россию и с 1943 г. работавший с молодежью в составе Псковской православной миссии, преподававший в церковных школах при Св.-Димировской церкви в Пскове:

«Присутствие немецкой пропаганды на оккупированных территориях чувствовалось на каждом шагу. В ее ведении была вся культурная жизнь, школы, библиотеки, театры, радиовещание. Всё, за исключением церковной жизни, хотя люди из отдела пропаганды зорко следили за тем, что и как делает «Православная миссия в освобожденных областях России». Таково было ее официальное название, и в нем тоже не обошлось без пропаганды».
(Полчанинов Р. В. Работа управления пропаганды в Пскове, 2012)

В следующий раз я подведу некоторые итоги сказанному.